Он стоял один. В комнате находились мать с отцом. Их криков он не слышал. Отдалённым эхом они проносились в пространстве между его ушами. В доме было тепло, но его руки околели от холода. Он трясся. Что с ним происходит он не понимал и от этого становилось ещё страшнее. Мир рассыпался на мелкие осколки. Цельный образ исчез и фигуры родителей, двигающих губами, махающих руками, стали частью живой картины. Он стоял на месте, но бежал. Его ноги были вкопаны в пол. Корнями он врос так, что тело и дом стали единым целым. Но он бежал. В своём разуме он видел узкий тоннель, из конца которого сочился свет. В нём была надежда и вместе с тем страх: вдруг оттуда вырвется поезд. Он бежал по этому тоннелю, не зная куда, но зная от чего. Осколки царапали его ноги, впивались в ступни своей немой болью и отчаянием. Он обернулся. Сзади уже ничего не было. Лица и тела родителей остались лишь мелкими разбросанными деталями в хаосе прошлого. Он не знал куда ему деться. Этот тоннель был его освобождением и тюрьмой. Он связывал прошлое и будущее, поэтому мальчик понимал, что надолго здесь остаться не получится. До выхода было не так далеко, но ноги не слушались и тело отказывалось двигаться.
